Насколько демонстрация девиантной формы поведения человеком связана с экономическими неурядицами или, наоборот, его состоятельной жизнью? И есть ли такая связь вообще?
Во время экономических кризисов население может испытывать значительный стресс, безработицу, обнищание и социальную изоляцию, в жестоких жизненных условиях некоторые люди склонны демонстрировать девиантные формы поведения. Наряду с этим, можно созерцать такие особенности поведения и среди состоятельных слоев населения (из последнего громкий скандал в США вокруг миллионера музыканта P.Diddy).
Девиантное поведение может демонстрироваться в различных формах, от негативных (нарушение закона, вред для общества) до положительных (героические поступки или борьба за справедливость), чем в любом случае, провоцируя серьезные нарушения общественных норм и законов, которые могут иметь трагические последствия для отдельных людей или целых сообществ. Особенно шокирующими являются серийные убийства, массовые стрельбы (трагедия в школе «Колумбайн» в США (1999 год), когда двое подростков открыли огонь по своим одноклассникам и учителям), террористические акты, культовые самоубийства. покончили жизнь самоубийством, употребив яд), насилие над детьми, линчевание или самосуд, массовые самосожжения (самосожжение тибетских монахов в знак протеста против тибетской китайской оккупации).
Связь между количеством серийных убийц и экономическими показателями исследовалась лишь частично, и пока нет единого мнения среди экспертов относительно прямой зависимости. Однако некоторые общие тенденции можно проследить.
Одно из первых задокументированных дел относится к XV веку, когда во Франции прошел суд над маршалом Жилем де Ре (Синяя Борода) – ему приписывается до 800 жертв. Экономическая ситуация во Франции в XV веке была сложной и отмечалась значительными изменениями, связанными с политическими событиями, войнами (Столетняя война 1337-1453 гг. между Францией и Англией, которая истощила французскую экономику), эпидемиями (Черная смерть 1347). Вместе с тем, нет оснований утверждать, что Жилем де Ре испытывал финансовые трудности, он активно проявлял себя во время военных действий и построения карьеры.
С XVI века известно об венгерской преступнице Элизабет Батори, подозреваемой в убийстве от 40 до 600 человек. Следует отметить, что она была из самой влиятельной и богатой семьи Венгрии, то есть ею вряд ли руководили финансовые бедности. Хотя в то время экономическая ситуация Венгрии и была нестабильной, в значительной степени из-за геополитических и военных факторов, пережив значительные изменения, связанные с Османским завоеванием, внутренними конфликтами и разделением страны на несколько частей.
А вот основными мотивами серийных убийств в XVII веке были финансовая выгода, личная вражда или патологические желания. Особенно часто встречались случаи, когда серийные убийцы убивали ради наследства или выгодного брачного контракта. Известны случаи серийных убийств: Джиллс де Ретур (Франция), обманывавший своих жертв, обещая богатство и возможность вступить в выгодные торговые сделки. Никколо Савина – тирольский убийца (Италия, 1720–1750 гг.) терроризировал регион Тироля на границе с Австрией и Италией. Он и его группа убивали путешественников и крестьян, грабя их ценности. Савина получил репутацию не только как грабитель, но и как жестокий убийца, прибегал к жестоким методам пыток.
Джон Мартин – грабитель из Англии, 1780-е, убивал путешественников, грабив их вдоль английского побережья.
В XIX веке города быстро разрастались, что создало среду для развития преступности, включая и серийные убийства. Анонимность крупных городов, таких как Лондон или Париж, делала преступников менее заметными, что позволяло им действовать безнаказанно в течение длительного времени. Благодаря развитию газет и печатных изданий, серийные убийства впервые получили широкое освещение в средствах массовой информации. Дела Джека-Потрошителя (Англия) и Г. Х. Холмса (США, 1893–1895), Мэри Энн Коттон (Англия, 1832–1873) английской отравительницы, Луиды Мартин известной как «Черная вдова Лиона» (Франция, 1850-е), Виллиам Палмера – врача-отравителя18. стали сенсацией в печати, что увеличивало общественный интерес к таким преступлениям. Многие серийные убийцы в XIX веке совершали преступления ради получения страховых выплат или наследства, что, безусловно, отражало социальные и экономические реалии того времени.
Значительный всплеск серийных убийств был зафиксирован в период между 1935-1950 годами. Этот период был временем больших изменений и потрясений, включавших Вторую мировую войну, политическую нестабильность и социальную трансформацию во многих странах. Известные случаи серийных убийств – Питер Кюртен – дюссельдорфский вампир (Германия, 1930 г.) сексуальный маньяк. Вильгельм Штумпф (Австрия, 1935). Джон Джордж Гейг (Кислотный убийца) (Великобритания, 1949 г.) – мотивированный жадностью, поскольку грабил своих жертв, но его методы указывают на глубокую патологию и желание избежать наказания. Бенджамин Сифрид (Милуокский маньяк) (США, 1930-х г.) с психологическими расстройствами. Большой экономический кризис 1930-х годов привел к бедности, безработице и всеобщему социальному напряжению, что подталкивало к убийствам с целью финансовой выгоды или из-за психических срывов.
Причины увеличения серийных убийств в этот период указывают на социальную дезинтеграцию из-за войны войны. Вторая мировая война повлекла за собой массовые человеческие потери, психологические травмы, экономическую нестабильность и общий хаос. Это создало среду, в которой преступления учащались из-за потери социальных структур, а убийцы часто оставались незамеченными в общем хаосе. Многие серийные убийцы того периода имели психические расстройства, которые могли быть обострены военными действиями или травмами.
В течение трех десятилетий (1960-80-е годы) ХХ века в Северной и Латинской Америке также отмечался рост числа серийных убийств, в США орудовало около 200 маньяков. Это был период социальной нестабильности после войны во Вьетнаме, высокого уровня безработицы и экономического неравенства. 1970-е годы в США являлись периодом высокой инфляции, нефтяных кризисов и замедления экономического роста, что могло создать определенный фон для психологической нестабильности и девиантного поведения.
Канадский историк, исследующий поведение серийных убийств, Питер Вронски в своей работе: «Серийные убийцы от А до Я. История, психология, методы убийств и мотивы» отмечает, что именно в США всплеск убийств обуславливался влиянием войны. П.Вронски обращал внимание на то, что детство убийств пришлось на годы Второй мировой войны и после военной эпохи — времени, когда о психологическом эффекте глобального конфликта и его жестокости не задумывались, а последствия имели.
В некоторых странах Латинской Америки, таких как Бразилия и Колумбия, серийные убийцы появлялись в условиях длительных экономических и социальных кризисов при нарастании бедности и насилия. Латинская Америка отмечается и на сегодняшний день высоким уровнем экономического неравенства, что может создавать среду для социальной дезинтеграции.
С 1990-х годов наблюдалось глобальное понижение количества серийных убийц, что связано с улучшением методов полицейских расследований, развития профилирования преступников и усиления социального контроля, независимо от экономического положения в странах. Вместе с тем ситуация обострилась в странах постсоветского пространства после распада СССР, где отмечался всплеск «серийных палачей», таких как Андрей Чикатило. Экономическая нестабильность, коррупция, рост уровня безработицы, бедности и инфляции социальные потрясения и падения правоохранительной системы создали благоприятные условия для роста уровня преступности, а также все те же последствия Второй мировой войны, послевоенных лет.
Можно предположить, что экономические кризисы провоцируют увеличение социальной нестабильности и насилия, несмотря на то, что прямая связь между экономическими показателями и количеством серийных убийц не очевидна. Также мы можем допускать относительное влияние неравномерности распределения доходов в социумах, что, с одной стороны, может провоцировать к установлению справедливости незаконными методами. Неравномерность распределения доходов в обществе чаще всего измеряется с помощью коэффициента Джини (Gini coefficient) или кривой Лоренца (Lorenz curve). Наиболее равномерное распределение доходов наблюдается в странах с низким индексом Джини, к таким можно, например, отнести Францию 29.7, Чехию, Словакию, Словению — 25-26 пунктов, Швейцария — 30.3. Наиболее неравномерное распределение доходов наблюдается в некоторых странах Африки, например в странах Восточной Африки, Намибии – индекс Джини превышает 55 пунктов, в странах Латинской Америки: в Венесуэле – 60; Колумбии – 55.1, Бразилии – 52.9, Коста-Рика – 48.7.
Исследования показывают, что страны с высоким индексом Джинни часто сталкиваются с более высокими уровнями преступности, в том числе имущественными преступлениями и насилием. Это отчасти связано с тем, что социальное неравенство может усугублять экономическую фрустрацию.
Социальная несправедливость, финансовый кризис, терроризм и войны, к сожалению, могут продолжить тенденцию по росту насилия в последующие десятилетия, при этом экономическая ситуация в стране все же может оказать косвенное влияние на появление и рост количества убийц, и не быть прямой причиной.
Наталья Грущинская





























